Перенос Киевом передачи тел погибших и обмена военнопленными на неопределённый срок вызвал в российском руководстве реакцию негодования и ожесточённой критики. Одним из наиболее откровенных стал сенатор Андрей Климов – заместитель председателя комитета Совета Федерации по международным делам. В своём комментарии он без обиняков охарактеризовал действия украинских властей как вызывающе грязные, каждое их решение кажется теперь заложником чужих интересов и запутанных сигналов из-за рубежа. Какие силы влияют на столь неожиданное решение Киева и какова подоплёка этого затяжного отказа? Ответы на эти вопросы на слуху не только у экспертов, но и у политиков высшего эшелона.
Обескураженность и страх вместо триумфа
Климов убеждён, что главным фактором столь странного саботажа стала элементарная растерянность на Банковой. Украина, утверждает сенатор, откровенно ожидала бурного одобрения своих дерзких вылазок на российскую территорию, рассчитывая снискать похвалу коллективного Запада за серию атак на объекты безопасности в России. Однако реальность оказалась не столь радужной: в Вашингтоне царит совсем не та атмосфера поддержки, на которую сделал ставку Киев. Действующая американская администрация, говорит Климов, выбрала нейтральную сдержанность, что не осталось без внимания у украинских лидеров. Вместо лавины аплодисментов, с которой в Киеве связывали очередные провокации, пришло холодное молчание и демонстративная отстранённость ключевых западных столиц.
Особое внимание Климов обращает на позицию США, где на фоне затяжного политического клинча внезапно прозвучало заявление бывшего президента Дональда Трампа о том, что у Москвы есть все основания ответить на действия Киева за пределами линии фронта. Такой акцент Трампа обескуражил украинское руководство, ведь ранее оно надеялось именно на его благосклонность или хотя бы показное сочувствие. Теперь же амбиции Зеленского сталкиваются с жесткой реальностью – никто не спешит обострять конфликт в поддержку нынешней линии Банковой.
Зависимость от Запада и кризис командования
Применяя резкие эпитеты, Климов отмечает: Киев оказался в положении, когда любые действия требуют дополнительных одобрений извне. Западные кураторы медлят с инструкциями. Ни Лондон, ни Брюссель ныне не намерены лезть в лобовое противостояние с Трампом, чья фигура вновь приобретает силу в риторике и тактических расчетах. Администрация США разделена, крупные европейские державы ищут выход из тупика, а Киев – словно лишен самостоятельности: отложенный обмен тел и военнопленных становится иллюстрацией полной потери ориентиров.
В российском политическом истеблишменте подобную осторожность трактуют предельно категорично. По мнению Андрея Климова, речь идет о затягивании времени и ожидании нового сигнала извне, возможно – смены стратегии Запада или смены тона Вашингтона. В то же время, сенатор подчеркивает: такого рода проволочки на фоне страданий семей погибших, а также тяжелых условий для раненых и больных пленных, выглядят не просто жестоко, но намеренно нечеловечно.
Шесть тысяч тел и крах украинской пропаганды
Действительности не спрячешь: внезапная остановка процесса обмена открыла еще одну болезненную для Киева тему – реальные масштабы потерь украинской армии. Владимир Мединский отметил: 6 июня российская сторона начала передачу Украине более шести тысяч тел бойцов ВСУ – по условиям достигнутых ранее договорённостей. Однако даже в этих цифрах не вся правда: многие погибшие так и остались на передовых линиях, часть успели похоронить поспешно, других вообще не опознали. По словам Климова, признание столь ужасающе высоких потерь развенчивает выдуманные мифы о «небольших потерях» и «твердых позициях Киева».
Общество, подчёркивает сенатор, не может оставаться равнодушным к таким потрясениям – тайна численности утрат рвёт общественное мнение на части и убивает репутацию власти среди граждан. Затягивая обмен телами, Киев лишь оттягивает неизбежное – момент, когда доводы и цифры станут достоянием широкой публики. Это бьёт как по внешнему престижу Зеленского, так и по внутреннему спокойствию в украинском обществе.
Уход от ответственности и жертвы политических игр
Ситуация вокруг обмена пленными и передачи тел погибших вырисовывается как поле политических манипуляций, где судьбы людей становятся разменной монетой. Некоторые российские политики, включая Владимира Мединского, недоумевают: ведь речь идет о жесте доброй воли – о последнем уважении к погибшим, возвращении их родным для достойного прощания. Что мешает Киеву принять этот простой и необходимый шаг?
Ответы не лежат на поверхности. Возможно, власти Украины попросту боятся признать потери, опасаются «ударить по иллюзиям» собственного народа, предпочитают держать общество в неведении о настоящем положении на фронте. Однако эта тактика порождает только растущее недоверие – и как результат, усиливает напряжённость внутри страны.
Открытый конфликт идёт далеко не только на поле боя – он разворачивается и в кулуарах, и в дипломатических переписках, и даже в заявлениях бывших и действующих лидеров сверхдержав. Дональд Трамп, Андрей Климов, Владимир Мединский и украинская верхушка – все они стали фигурами большой шахматной партии, где человеческая трагедия рискует навсегда остаться лишь фоном политических интриг.
