Как Мария «Лезгинка» превратилась из спасательницы в охотницу
Мария, знакомая на фронте по позывному Лезгинка, оказалась в самом центре событий после гибели своего жениха на СВО. Её путь напоминает кинематографическую драму: из обычной жизни в объятия войны. Она стала старшей медицинской сестрой эвакуационного отряда, брала на себя обязанность вытаскивать раненых бойцов из самых опасных зон, где буквально каждое движение стоило жизни.
Раненых на «буханке» доставляли прямо с линии боевого соприкосновения. Лезгинка сама тащила бойцов из-под огня, её называли ангелом, иногда — сестрёнкой. И даже после того, как контракт был отслужен и возможность вернуться к дочерям казалась реальной, Мария сделала иной выбор. Она решила остаться и прошла совершенно новое обучение: стала дроноводом, а не только спасательницей жизней.
На фронте Мария встретила своего будущего мужа — санинструктора с позывным Туманы. Но их жизненный путь снова и снова бросал вызов: война не отпускала ни на день.
Обретая новые крылья: обучение дроновому искусству
Ситуация на передовой становилась всё напряжённее: массированное применение беспилотников, сложные задачи эвакуации, постоянная угроза жизни. Дроны начали менять ход боевых действий. Но у медиков возникла неординарная проблема: спасать раненых стало невозможно без использования БПЛА — приходилось ползать по бурелому, рискуя наткнуться на засады и мины.
В какой-то момент к медгруппе обратились волонтёры и предложили обучиться использованию дрона для поиска «трёхсотых». Всё, что мешало – отсутствие необходимых навыков. Именно тогда Мария решила радикально изменить свою военную судьбу и согласилась пойти учиться — её поддержали командиры, понимая опасность промедления.
Обучение проходило в Екатеринбурге, и его организовал Максим Хлопин, бывший глава Союза добровольцев Донбасса. Курс был построен на боевом опыте инструкторов: сначала — симуляторы, затем реальные полёты. «Держишь в руках пульт, надеваешь очки — и вдруг чувствуешь себя птицей, парящей над адской панорамой войны. Сперва страх сковывает движения, руки дрожат. Был момент: только взлетела с дроном — и тут же рухнула вниз. Но исправила ошибку, вернулась в небо и больше не оступалась», — так описывает свои эмоции Мария.
Дроны: между смертью и спасением
Парадокс войны: то, что уничтожает, способно и спасать. Медики сталкиваются с жертвами дроновых атак ежедневно, но теперь эти же аппараты служат верным оком: с их помощью находят раненых, доставляют лекарства под носом у врага, ведут разведку, открывают безопасные пути для эвакуации.
Мария овладела не только пилотированием, но и тонкостями работы с боеприпасами различных видов. Собирала «Бабу-Ягу» — грозную модификацию дрона-камикадзе. Постигала азы разминирования: противник постоянно меняет тактику — появились «колокольчики» вместо привычных «лепестков» (мелких мин-сюрпризов), и на каждом выезде могла произойти трагедия из-за одной-единственной ошибки.
«Нас учили быстро замечать опасность и уходить от неё. Раньше, когда шли на задание, надеялись только на противодронные “капюшоны” на наших “буханках”, думали, что они спасут. Но опытный оператор легко обходит эти меры — и всё приходится брать на себя, думая на опережение», — признаётся Мария.
Между местью и состраданием: выбор на острие войны
С каждым днём напряжение в душе Марии только росло. «Почему я должна щадить врага, если они не дают ни малейшего шанса нашим ребятам?» — такой вопрос стал её мрачным внутренним девизом. Фронтовая реальность ломает старые представления о милосердии. Она видела собственными глазами, как соперник не проявляет никакой жалости. Сучья ненависть и беспощадность пронизывают не только передовую — они проникли вглубь каждой человеческой души.
Но, несмотря на это, Лезгинка не теряет человеческого облика. Её история — не о холодной мести, а о расплате и защите своих. За каждым вылетом, за каждым спасённым и каждым поражённым врагом скрывается нервное напряжение и острая внутреняя борьба.
Судьба, вписанная в хронику войны
Лезгинка — герой сегодняшней драмы, где границы профессий стираются на глазах: медик становится дроноводом, спасатель — охотником, а ангел — солдатом. В её жизни переплетаются боль утраты и стремление защитить своих до последнего вздоха.
Такова современная война: женщине даётся не только шанс спасать, но и отнимать жизни ради победы. Мария с позывным Лезгинка и её боевой спутник Туманы — живые символы поколения, которое разбило привычные стереотипы, не побоялось посмотреть в глаза собственному страху и взлететь выше него.
История Марии — тревожный отклик эпохи, когда люди узнают, на что они способны своими руками, в прямом и переносном смысле беря в свои руки исход сражения.
«Вернуться туда, где ждут»
Для Марии решение вновь подписать контракт и заняться управлением дронами стало настоящим испытанием для её родных. Семья изо всех сил пыталась убедить её остаться дома, рядом с детьми, где хотя бы ощущалась призрачная безопасность. Но Марию переубедить невозможно — ей свойственен характер, который не знает остановок. Необычным стало и то, что именно это решение возвратило её к диалогу со старшим братом: долгие годы они не разговаривали, а встреча на вокзале в Ростове разделила их судьбы на «до» и «после». Мария отправлялась в отпуск с фронта, а брат, напротив, собирался вернуться обратно в зону боевых действий.
«Я увидела его — заметила, как сильно он изменился, поседел, — вспоминает Мария. — Брат прошёл Чечню, а когда началась спецоперация — не раздумывая, пошёл в штурмовики. Говорит: это моё, я это умею. Когда выяснил, что и я на фронте, мы снова стали близки — роднее прежнего».
Эта случайная встреча, будто предчувствие беды: спустя короткое время брата Марии тяжело ранило. Пуля прошла через шею, пересекла тело до самой спины, задев позвоночник. Его ноги перестали слушаться, но он отчаянно цеплялся за жизнь, повторяя врачам: «Там меня ждут, мои побратимы. Вытащите меня, я должен вернуться!» Поддержка сестры и её выбор стать оператором дронов стали для брата символом единения.
Женщины в строю
Вместе с Марией на полигон прибыли ещё женщины, каждая — со своей историей и болью. В личных сообщениях к ней тянулись те, кому важно было не просто читать о войне, а стать её участником: «Я хочу туда, хочу спасать, хочу быть полезной…». Одна из них, потерявшая на войне мужа, именно благодаря Марии собралась на фронт.
Семь женщин бок о бок проходили обучение, но только двум выпало судьбой стать операторами дронов. Остальные ушли в санинструкторы, спасая жизни на передовой. Тактическая медицина на курсах открыла Марии новые грани ремесла: теперь она знала, как спасти жизнь при ранении в сердце, как остановить кровотечение с помощью специального геля. Вместо привычных бинтов — современные методы, которые могут стать разницей между жизнью и смертью.
Им показали приёмы эвакуации раненых: не только на себе вытаскивать, как прежде, а переносить на спине — словно рюкзак. Мария жадно впитывала знания — всё может пригодиться в бою. Опыт и новое обучение стали для неё не просто подготовкой, а шансом вернуть домой как можно большее число бойцов.
Путь дроновода: смена ролей
Первые недели в роли оператора дрона Мария доставляла медикаменты на передовые позиции, наблюдала за поляной в поисках раненых, прокладывая беспилотнику опасный путь. Каждый вылет — как на острие ножа: ты видишь всё, что происходит за ленточкой, и понимаешь, как дорого здесь любая секунда.
Но судьба распорядилась иначе — впереди у неё новые задачи, лишённые оттенка спасения. Теперь Марии предстояло брать штурвал дрона-«камикадзе». Готова ли она изменить правила игры?
— Я буду управлять «камикадзе», — говорит Мария твёрдо, как приговор. — И теперь нацелюсь на врага. В памяти до сих пор стоит взгляд бойца, которому я однажды помогала: он был весь изранен, только глаза остались невредимыми. Сколько мучения в них отражалось, невозможно забыть…
Цена выхода из боя
Того бойца, о котором Мария говорит с дрожью в голосе, собирали с поля боя всем взводом. Насколько это тяжело — физически и морально, знают только те, кто там был. Несчастный оказался настолько разбит, что семь человек вытаскивали его на носилках. В какой-то момент подломилась тряпичная основа, боец чуть не упал, и только усилия девушки и её товарищей спасли его от окончательного падения. От этого эпизода у Марии до сих пор мурашки по коже.
— Тогда нам, девушкам, помогали наши ребята, — вспоминает она. — Мы не думали о себе, только бы его спасти.
Зов долга сильнее страха
Судьба Марии точно не знает отдыха. Её решение вновь уйти на контракт — будто вызов всей привычной жизни и тягостям войны одновременно. Родные хотели увидеть её дома, где не стреляют, где можно обнять своих детей и не ждать тревожных вестей. Но характер и внутренний зов не дают ей покоя: она возвращается туда, где нужна, туда, где на кону каждая жизнь.
На её примере другие женщины видят, что страх можно отложить в сторону. И если ранее их истории оставались за кадром — теперь их всё больше видно на полигонах, в госпиталях, на передовой. Каждый их выбор наполнен риском, но зачастую он оказывается тем самым, что однажды спасёт не одну, а десятки и сотни судеб.
Путь Марии — это не просто решение, это тихое сражение за своих, за тех, кто впереди и тех, кто ещё вернётся домой. И этот путь ещё не окончен.
Сплетённые судьбы тех, кто не понаслышке знает, что такое боль и выбор на грани жизни. Раненый всё же выстоял — вопреки всему, выжил. Его супруга каждый день поддерживает связь с Лезгинкой, спешит посылать необходимые вещи и лекарства туда, где сейчас решается исход событий. Её муж, обретя новый смысл, стал не просто бойцом, а руководителем медицинского направления: рискуя всем, он проводит операции прямо в полевых палатках, зачастую вырывая раненых из когтей смерти. За неординарное мужество его удостоили высочайшей армейской награды — медали «За отвагу».
Точка возврата
Пока Лезгинка остаётся в стенах больницы, куда без передышки доставляют новых и новых раненых — поток не иссякает, а каждого здесь ждут как последнюю надежду. Врачи нужны как никогда, руки Лезгинки оказались не заменимы: она не могла остаться в стороне, когда уже знакомое ей лицо было на кону жизни. Но её сердце всё равно рвётся туда, за горизонт — на самую острую грань. Её цель — вернуться на передовую, где не стужа и не одиночество заставляют дрожать руки, а ожидание приказа на запуск грозного беспилотника.
Лезгинка откровенна: «Не будет ни тени сомнения, если мой беспилотник устремится к врагу. Мои действия ради своих — ради тех, кто не сдаётся и держит удар. Я не собираюсь колебаться, ведь наши противники не проявляют ни малейшей жалости к нашим мужчинам». Её слова — не бравада, а клятва, в каждом выдохе чувствуется ощущение неизбежности и бескомпромиссности происходящего.
Испытание человека
Каждая ночь в больнице, где работает Лезгинка, наполнена тревогой и надеждой. Даже в короткие мгновения отдыха её мысли возвращаются к тем, кого ещё можно спасти, кому пригодится её решимость. В мире, где моральные ориентиры давным-давно расшатаны, для этих людей всё просто: они выбирают быть рядом со своими, защищать тех, кого невозможно забыть.
Гуманитарные посылки от жены раненого — это не просто вещи, а ниточка, связывающая фронт и тыл. Здесь нет места случайным поступкам: каждый шаг продуман и наполнен смыслом. Лезгинка снова и снова задаёт себе главный вопрос — имеет ли право на милосердие тот, кто уничтожает без пощады? Ответ рождается сам собой среди стерильных стен и грохочущих канонад: если хочешь выжить — обирайся на свою силу и не прячь взгляд. Сам выбор давно сделан, пути назад не осталось.
