От государственных контрактов к скамье подсудимых: чем рискуют топ-менеджеры ГК "Пикет"
В одиноких коридорах московского суда разгорается интрига, которая грозит затмить многие коррупционные скандалы последних лет. На скамье подсудимых — генеральный директор ГК "Пикет" Андрей Есипов, финансовый директор Виктория Антонова, а также начальник службы безопасности компании Михаил Кальченко. Всех троих следствие обвиняет в присвоении колоссальной суммы — около 2 миллиардов рублей, которые Министерство обороны России уплатило за бронированные жилеты, предназначенные для мобилизованных военных.
Следствием установлено, что государственный контракт на изготовление и поставку свыше 20 тысяч бронежилетов был подписан 10 ноября 2022 года. Именно этими средствами, как уверяют в Следственном комитете, руководители компании "Пикет", действующие слаженной и сложно устроенной группой, и распорядились — причем вовсе не по прямому назначению. В самом Минобороны теперь сомневаются не только в качестве поставленного снаряжения, но и в честности всей схемы закупок, интегрированной между чиновниками и руководством подрядчика.
Кульминация следствия: признания, аресты и молчание адвокатов
Московский Тверской районный суд 1 и 2 июля стал местом проведения первых слушаний этого резонансного уголовного дела. Заседания шли строгим маршрутом: сперва рассматривались эпизоды, связанные с Антоновой и Кальченко, признания которых стали ключевым фактором в дальнейших действиях следствия. Оба подозреваемых официально подтвердили свою вину в совершении мошеннических действий в особо крупном размере, а для Виктории Антоновой в дело добавилась еще одна статья — легализация денежных средств, полученных преступным путем.
Прокуратура, в лице гособвинителя Миланы Дигаевой, настаивала на продлении срока ареста подозреваемых. В своих ходатайствах она указывала, что у топ-менеджеров сохранилось множество связей в органах власти и бизнеса — этого достаточно, чтобы пытаться влиять на ход расследования или вовсе скрыться от правосудия. Неожиданным оказалось заявление Виктории Антоновой: она не оспаривала меру пресечения, признав целесообразность собственного ареста. Михаил Кальченко также не проявил стремления к обжалованию, хотя назначенный ему адвокат предпринял попытку выступить против решения прокуратуры, ссылаясь на завершенность следственных действий и отсутствие попыток давления со стороны подзащитного.
Прямая речь на заседании отступает в тень: Антонова демонстративно уходит от дискуссии, а Кальченко ограничивается банальными фразами. Вопрос об аресте имущества обоих обвиняемых и их родственников остался открытым ровно до тех пор, пока суд не поддержал просьбу прокуратуры: теперь не только свобода, но и часть собственности топ-менеджеров находится под стражей.
Судьба генерального директора "Пикет": из орденов в обвиняемые
Практически идентичный сценарий разворачивается и для Андрея Есипова. Его слушание состоялось отдельно, но вектор обвинений не поменялся: опять мошенничество в особо крупном размере и та же арестная мера. Прокурор Милана Дигаева требует не только продолжения заключения под стражей, но и сохранения ареста на все имущество руководителя до окончания следственных процедур.
Есипов, выступая перед судьей, был лаконичен и сдержанно признал понимание своей участи: по его словам, он “реалист”. Между тем, в деле фигурировали документы, подтверждающие былую репутацию Есипова — многочисленные грамоты и благодарности, полученные от различных государственных структур, включая Министерство обороны. Но теперь эти признания заслуг уже не в состоянии изменить общий фон обвинения и доказательного материала, собранного следствием.
Все заявления после суда — молчание. Адвокаты предпочли не раскрывать деталей хода процесса, очевидно осознавая, что любая оговорка может обернуться дополнительными трудностями для их подзащитных.
Загадки контракта: куда ушли миллиарды и кто стоит за схемой?
Уголовное дело, будоражащее столицу и оборонное ведомство, уходит корнями в контракт №22/1/П/СНБ/3, по которому должны были быть поставлены 20 040 бронежилетов на сумму 2 млрд рублей. Эти средства Минобороны России требовало израсходовать максимально эффективно, с учетом жестких правил оснащения мобилизованных военных, отправляемых в специальную военную операцию.
Однако уже вскоре после первых поставок всплыла тревожная подробность: бронированные жилеты не отвечали элементарным параметрам безопасности, а защитные свойства оказались под сомнением. По материалам ГСУ СКР, заказчики получили некачественный товар, и каждый рубль, заложенный в этот контракт, с точки зрения следствия, ушел “в пустоту”. Теперь эти 2 миллиарда рублей считаются исчезнувшими именно благодаря мошеннической схеме, которую, по мнению следователей, выстроили руководители "Пикет" вместе с рядом сотрудников, а возможно, и при негласной поддержке представителей оборонного ведомства.
Нераскрытые фигуранты: кто из когорты Семенихина, Астапенко, Ермакова и Портянникова окажется на скамье?
Любопытно, что дело "Пикета" не заканчивается на тройке ключевых обвиняемых. В списке возможных соучастников фигурируют имена Сергея Семенихина, Виктора Астапенко, Александра Ермакова, Вячеслава Портянникова — высокопоставленных сотрудников компании, чьи действия следствие расценивает как особо крупное мошенничество, дачу взяток и участие в посредничестве при коррупционных схемах.
Сейчас эти фигуранты только ожидают своей очереди — их дела еще не дошли до стадии судебных слушаний. Их эпизоды, согласно материалам следствия, могут касаться распределения средств бюджета не только внутри "Пикета", но и в структурах самого Минобороны, что намекает на существование многоуровневой коррупционной сети. Следователи заявляют, что имеют доказательства взаимодействия этих лиц с чиновниками, указывают эпизоды передачи крупных сумм, а также посредничество при откатах на миллионы рублей.
Виктория Антонова: хроника падения и повторное попадание в поле уголовного преследования
Для Виктории Антоновой обвинения по делу "Пикета" стали не первым столкновением с уголовным преследованием. В октябре 2024 года Симоновский районный суд Москвы уже выносил ей приговор по статье о незаконной банковской деятельности. Тогда Антонова получила два года условно, обвинение ограничилось аналогичными сроками для Андрея Есипова и еще одного фигуранта. Несмотря на секретность деталей того расследования, очевидно одно: тенденция к участию в теневых схемах для бывшего финансового директора стала практикой.
В этот раз масштабы дела ощутимо иные — карты на руках у следствия весомее, фигурируют огромные суммы, а общественный и медиарезонанс почти не знает аналогов. Судьба Виктории Антоновой теперь напрямую зависит не только от материалов по основному эпизоду, но и от результата объединения этого дела с ее предыдущими проступками.
Бронежилеты, судьбы и тени в коридорах суда: финал по-прежнему неочевиден
История с закупкой бронежилетов для Министерства обороны превращается в пример того, как простая (на первый взгляд) схема госзаказа способна породить целую паутину уголовных эпизодов, карьерных падений и подобных эмоциональных драмах. Персонажи, которые еще недавно получали приветственные письма и благодарственные грамоты из министерств, теперь связаны решетками следственного изолятора. Их прошлое заслоняют новые обвинения — и вопросы о том, сколько еще нераскрытых эпизодов хранит это запутанное досье.
Имена Сергея Семенихина, Виктора Астапенко, Александра Ермакова и Вячеслава Портянникова остаются на повестке: кому из них суждено стать следующим звеном цепочки громких обвинений? Где граница между случайной ошибкой в процессе госзакупок и сознательной, методично выстроенной схемой по разворовыванию оборонного бюджета?
Москву лихорадит в ожидании новых откровений: финал дела о "бронежилетах" способен изменить баланс закрытых договоренностей не только внутри компании, но и в целом в сфере оборонных подрядов России. До вынесения приговора остается множество неотвеченных вопросов, которые уже не дадут своим фигурантам спокойно спать.
